Журналистские расследования Регистрация Вход
Меню сайта

СТАТЬИ

Доброчесность придумала способ назначать своих суд...

Представители Реанимационного пакета реформ и движения Честно провели акцию неповиновения под стенами Высшей квалификационной комиссии судей. Своими действиями они требовали прозрачности во время преодоления вето Общественного совета доброчестности относительно кандидатов, которые не должны быть назначены в новый Верховный суд.Представители Реанимационного пакета реформ и движения Честно провели акцию неповиновения под стенами Высшей квалификационной комиссии судей. Своими действиями они требовали прозрачности во время преодоления вето Общественного совета доброчестности относительно кандидатов, которые не должны быть назначены в новый Верховный суд.



Ликбез. Как ритейлеру обезопасить себя от рисков п...

Довольно часто споры между арендаторами и арендодателями возникают именно на стадии открытия торгового центра (далее - ТЦ). Связано это с ситуацией, когда арендатор вложил деньги в подготовку магазина к открытию ТЦ, рассчитывая получать соизмеримую с расходами на аренду прибыль от магазина. При этом арендодатель не смог обеспечить достаточный приток посетителей в ТЦ (например, в связи с высокой вакантностью объекта), создает невыгодную ситуацию для арендатора.



Украинцев будут штрафовать за «коммуналку»

Украинцев будут штрафовать за «коммуналку»В Украине в этом году приняли в первом чтении новую редакцию закона «О жилищно-коммунальных услугах» (ЖКУ). Документ устанавливает требования к качеству ЖКУ, обязывает украинский давать показания счетчиков, платить штрафы за долги и позволяет поставщикам отключать свет и воду недобросовестных клиентов




Поиск

Коррупция [107]
Корпоративный конфликт [13]
Права потребителей [44]
Интервью [54]
Политические секреты [93]
Общество [146]
Закон [25]
Главная » Статьи » Интервью

Ветераны, изменяющие мир: Александр Чалапчий, или как, потеряв обе ноги, получить крылья

ветераны, изменяющие мир: Александр Чалапчий, или как, потеряв обе ноги, получить крыльяЭто история одного добровольца, чья война продолжилась после АТО. Александр Чалапчий потерял в АТО обе ноги, но опять научился ходить. На компенсацию за ранения он открыл свой бизнес и стал производить экологическое топливо, которое способно заменять уголь. Несмотря ни на что он продолжает помогать армии и ведет в тылу уже новую войну: маленькую войну за энергетическую независимость Украины.

До войны Саша был мастером электрогазосварки. Работал в училище, учил детей. Имел собственное небольшое хозяйство, держал свиней и пасеку. Чинил автомобили и делал котлы. Следующие несколько лет необратимо изменят его жизнь. Но я не уверен, что он об этом жалеет.

– Саша, какое у тебя образование?

– Высшее.

– А после ВУЗа ты пошел работать?

– Сначала пошел в армию. А потом – в милицию. Родители настояли ...

– Понравилось там работать?

– Ты издеваешься? Я боролся с оборотом наркотиков. Но фактически это нереально. При мизерной зарплате я отвечал за большую территорию. Реально посадить кого-то за решетку очень сложно, из-за нашего законодательства. Плюс все эти бомжи ... Никогда не знаешь, чем они больны. Приходится иметь информаторов в этом кругу, а это не очень приятная компания.

– И что ты сделал?

– Через некоторое время я подавил наркоманию настолько сильно, насколько мог. Но с меня начали требовать планы и намекать, что если я уже переловил всех настоящих наркоманов – это всегда есть другие варианты выполнения этого плана. После этого я уволился.

– Похоже, тебе не очень нравилась наша правоохранительная система тех времен. А ты был на Майдане?

– Был. Я попал на самую "дискотеку".

– Когда же?

– В то время я учился в Одесском политехническом, и мы как раз привезли одежду, сигареты протестующим. Это было 19 февраля. А тут такое ... Я даже не понимал, что именно я там делал – вокруг кровь, "двухсотые" ... Все было каким-то нереальным. А потом сразу же начался Крым ...

– И ты пошел в военкомат?

– Ну через некоторое время. Попросил повестку, чтобы жена не знала, что я доброволец.

– Думаешь, так не призвали бы?

– Нет, мои документы лежали вообще где-то далеко. Сказали, что если бы сам не пришел – повестки бы не было.

– И с чего началась твоя служба?

– Какое-то время сидел в секретке. Затем, наконец, меня перевели на передовую между Торецким и Горловкой. Мы были на крайнем посту. Его хорошо видели сепары и постоянно нас обстреливали. Потом меня забрали на другой пост к землякам. Ребята между собой за меня поторговались. Сторговались за канистру солярки. Такова была цена моего перевода к землякам.

– Там было спокойнее?

– Да не было у меня цели перевестись где спокойнее. Просто к землякам. С ними как-то проще. Стреляли там так же. Собственно там я и получил ранения.

– А как?

– Мы шли рядом взорвалось. Я даже ничего не понял. С двумя оторванными ногами доложил по рации, что я ранен. Сначала думали, что я шучу. Затем вывезли в госпиталь. Далее я помню отрывками.

– Где тебя оперировали?

– Меня привезли в Дзержинск, в обычную больницу, там и сделали операцию ... Говорили, что одну ногу спасут, но у меня редкая группа крови, вариантов не оставалось.

– Было страшно?

– Нет, в тот момент ты как во сне. Истекает кровью, понимаешь что умрешь, но не страшно. Лучше доходит уже через время. Ну а когда все закончилось, было уже поздно бояться. Через 4 дня после операции я уже думал, как я буду на коляске ездить, планировал что делать.

– Протезы поставили сразу?

– Ну, через некоторое время.

– Ты за них платил?

– Нет, все оплатило государство. Война не так давно началась, и это был первый случай установления таких протезов на двойную ампутацию. Они не предназначены для этого. Приезжали даже какие-то специалисты из Германии, снимали меня, говорили, что такой случай уникальный. Хотели показать, что на их протезах можно ходить даже при двойной ампутации.

– А что тут такого?

– Дело в том, что у людей даже с одной ногой, и тех у кого ампутированы обе – очень разные возможности. Когда у тебя есть хотя бы одна своя нога, то значительно легче. Ты можешь опираться и на нее, и на протез. Протез становится как костыль – вспомогательной точкой опоры. Когда же ампутация двойная, то все гораздо сложнее. Ты ходишь, как на ходулях, не можешь держать равновесие. Я продумывал каждый шаг вперед, это адская боль – война с самим собой. Протезы очень давят, оставляют после себя гематомы и ссадины, на которые его утром надо одевать снова.

– Как ты учился ходить на протезах? У нас же специальных учебных центров для этого нет?

– О, это еще и история ... Да, у нас нет ни реабилитационных центров, ни школы ходьбы. У нас есть протезисты, протезные заводы и все! Мне поставили протезы и отправили домой, где мы с женой учились ходить, просматривая американские видео. Но опять же, видео где на таких протезах, как у меня, люди ходят с другом ампутированной ногой, а не с двумя.

 

– Ну а за границу тебя не хотели отправить?

– Смотри, где-то через полгода после операции, меня и еще 4 бойцов (с одной ампутацией) отправили в Австрию. Там за три недели нас немного научили азам; как садиться, как падать, как ходить по лестнице. Откорректировали нашу походку. Однако, это нужно делать постоянно. У нас постоянно пытаются создать подобные школы, центры, но, пока, через одно место.

– А чиновники пытались как-то помогать?

– К нам в госпиталь приезжала Ольга Богомолец, обещала повезти меня на протезирование в одну из стран НАТО.

– Помогла?

– Нет, по факту, нас отправили на реабилитацию к совсем далекому от этого человеку – Оля Чуйко (председатель правления фонда "Международная ассоциация поддержки Украины»).

– Как так?

– Ну, с нашими политиками так бывает. Нельзя давать пустые обещания и пиариться за счет этого, ребята же верят и ждут помощи. Как бы ни было, а я сумел сам себя поставить на ноги, своим стержнем, с помощью семьи, волонтеров, молитв людей.

– Тебе дали компенсацию за ранение?

– Да. Во-первых, пенсия у меня за 4000. Во-вторых, компенсацию за первую группу мне дали где-то около 300 000, которые затем стали "инвестицией" в собственное дело.

– Но на эти деньги можно жить и так. Не так много людей на твоем месте их бы вложили в бизнес.

– Работа помогает бороться с послевоенным синдромом. Конечно, у каждого своя травма, но надо занять человека, чтобы негативным мыслям не было места в голове.

Я две недели провел на коляске, крыша срывало. Я пошел в училище работать, но там меня не понимали, зачем мне это все надо было.

– Что ты имеешь в виду?

– Я живу в Кировоградской области. Здесь далеко не все люди на нашей стороне. Они не понимают, зачем я пошел воевать.

– Ну а насколько училище было готово к преподавателю без ног?

– Не готово. Не было ни пандусов, ни туалетов – ничего. Поэтому и через отношение я оставил попытки что-то изменить внутри старого и занялся своим делом.

– То есть ты вложил деньги за ранения в бизнес?

– Да. Надо было что-то делать, чем заняться. И не только чтобы деньги зарабатывать, но и чтобы не сойти с ума от негатива вокруг.

– Чем ты занялся?

– Я решил заняться производством экологического вида топлива – пеллет из соломы. Мы с другом поехали к Днепру, затем в Запорожье, посмотрели различное оборудование. Выбрали нужно, дали задаток, договорились об оплате и за месяц нам сделали брикеровальщик.

– И все? Бизнес готов?

– Да если бы ... Это только 10% бизнеса. Очень большую часть производства занимает еще сушка, измельчение, фасовка, сборка материала. А инструкций, как все это делать – нет. Мало кто вообще работает с соломой, нет литературы даже в том же интернете. Все нужно делать самим, путем проб и ошибок.

– А где взял помещение?

– Сначала я его арендовал, а затем купил эту пару заброшенных зданий.

– Звучит просто ...

– Да, если бы. Сразу стала проблема подключения электроэнергии. Цена вопроса была 250 тыс. грн ... Это было обычное мошенничество. Местные "енергетики" уже даже предлагали собрать деньги в людей, чтобы за меня заплатили как за ветерана.

– Заплатили за что?

– А ни за что. За "новый" проект электросети, "новую" линию. Хотя она уже там была, и надо было только подключить.

– И что ты сделал?

– Я начал звонить председателю облсовета, губернатору Кировоградской области, в Киев. Ну, в итоге, мне сделали все это бесплатно.

– На этом проблемы закончились?

– Да нет. Средства все равно были нужны на первое время.

– Как выкручивался?

– Я 2 месяца в Киеве работал прорабом, чтобы было из чего платить зарплату людям и свою семью кормить. Меня взяла очень хороший человек к себе, тем я сам не понимал, что делаю там. Мотался на протезах по стройкам ... Сейчас уже начался сезон, и я уже могу "жить" с брикетов.

– Сейчас ты сам все делаешь на производстве или у тебя работают рабочие?

– У меня работают три человека, правда не официально, потому что нет возможности платить за них налоги. Пока что за 2 года, я еще ничего толком не заработал, все идет на модернизацию и совершенствование производства.

– Все настолько сложно?

– Да, довольно сложно. Я даже иногда жалею, что занялся именно этим – много затрат, а рынок сбыта еще мал.

– Почему? Всем же надо тепло и чем-то его  отапливать?

– У нас только говорят об альтернативных видах топлива, а когда ты их предлагаешь – все упирается в старое советское оборудование в котельных, на котором и отмывают деньги.

– Есть?

– Понимаешь, эко-топливо – это не уголь. Для него нужны новые, современные котлы, которые будут экономить за счет более низкой стоимости сырья. Ведь тонна угля стоит 4 тыс. грн., и он оставляет после себя шлак, который надо вычищать. Такие же пеллеты как наши – делаются из соломы и шелухи – сырья, которого у нас много, и которое добывать даже не надо. Надо только новые котлы.

– А они дорогие?

– Уголь дороже. Я сам сварил себе такой котел. За зиму на отопление дома в 120 кв.м я трачу где-то 4500 грн.

– Ну с пеллетами как ясно. А ты планируешь развивать новые направления?

– Еще хочу подключить линию гранулирования комбикорма. Буду искать фермы, перерабатывать их сырье или закупать свое – это уже будем смотреть. Собираюсь также поставить токарный станок и сварочный. Ищу сейчас где взять. Часто их на металлолом продают. Я могу такой станок восстановить, и он будет приносить пользу. Это, кстати, даст еще два рабочих места.

– А люди уже есть?

– Сначала буду сам делать, пока не найду человека, у меня есть разряд.

– А спрос на такие услуги есть?

– На ремонт сельхозтехники немного есть, потому что сейчас появилось много мелких фермеров, и все ремонты сейчас делаются «на коленке», а мастерских нет. На станках и сможем ремонтировать технику для АТО.

– Ты помогаешь АТО?

– Конечно! Сначала мы сделали старый джип общими силами. Я нашел парня здесь у нас в Ульяновке, заплатил ему за работу, а запчасти оплатили благотворительные организации. Затем скорую сделали, еще передавали еду, форму ... Мне даже дали 2 значка за волонтерство (улыбается).

– А семьи погибших?

– Есть две семьи – помогал им документы собирать. Люди передавали вещи, канцтовары, деньги, а я это все развозил и подвозил. Однако какой из меня волонтер ... Да, я помогал чем мог, но эти деньги – полтысячи-тысячу, небольшие деньги. Но я знаю, что и они там нужны. И это интервью я делаю вовсе не для пиара – если хоть одному человеку оно поможет, то уже большая польза. Если увидят, не напился, не впал в отчаяние, то не зря я все это сейчас рассказываю.

– Кировоградская область – интересный регион. Раньше здесь много людей тосковало по совку. Ты говорил, что не все здесь понимают, зачем нужно идти в АТО. Возвращаться сюда было трудно?

– Сначала да, особенно общаться с людьми. Ты приходишь с войны, и они начинают слагать легенды, что ты пошел туда за баблом и подорвался на мине, когда хотел помародерить. На это не нужно обращать внимания. Люди пытаются найти оправдание своему равнодушию и страху, а лучший способ защиты – нападение. Вот и все. Это также надо пережить, потому что многих это лишает веры и забирает последние силы.

Старики живут ностальгией якобы по Советскому Союзу, только потому, что в те времена были молодыми, они не обращали внимание на диктатуру, репрессии, что есть было нечего. Положительные воспоминания о себе юных, сильных и красивых – нивелируют весь негатив. Но, как начинаешь расспрашивать их, то оказывается далеко не все было так сладко.

Меня часто спрашивают, – "за что ты воевал, вот за эту страну?" Люди добрые, я воевал за свою землю. Мои предки воевали, так и я! Каждый второй хочет меня пожалеть, но мне этого не надо, у меня все хорошо! Есть люди, которые живут тем Советским Союзом и вот, как я патриот своей страны, так и они, патриоты только Советского Союза. Я даже не пытаюсь их изменить, они такими уж и пойдут из этого мира. К счастью, есть люди, которые поддерживают.

– Много?

– В нашей области около 50 на 50.

– А ветераны здесь держатся друг друга?

– Понемногу. Меня избрали председателем союза ветеранов АТО здесь в районе, но это очень тяжело

– Почему?

– Каждый, как ребенок. Звонят, – каждому надо помочь, а у меня еще и семьи погибших, оформление их документов. Дел много.

– Что бы ты посоветовал другим ветеранам?

– Вести себя достойно. Если ты надел форму – надо держать планку, а как раз напился, это уже перечеркивает все твои добрые дела.

– Способно ли ветеранское движение изменить Украину?

– Их (политиков) счастье, что сейчас война, некогда ребятам "заниматься" верхушкой. Но как одного затронут – пойдет цепная реакция. Люди уже умеют стрелять и уже ничего не боятся, то Майдан будет казаться им сказкой. Мы уже видели смерть, и друг за друга горло перегрызем. Им (политической элите) надо меняться.

– Когда ты шел в АТО и сейчас, это одна и та же страна или что-то изменилось?

– Особенно – нет. Дороги в селе те же, зарплаты также ... Копы появились, а из них процент занимают старые милиционеры в новой форме? Поэтому, как были взятки, откаты, – так все и осталось.

Единственное, что изменилось – так это наши дети. Когда я был маленьким, я стеснялся своего языка, того, что я из деревни. А сейчас дети и молодые гордятся тем, что они Украинцы, они знают гимн, они уже заядлые патриоты. Еще армия наша изменилась, да.

– Что бы ты хотел изменить в стране?

– Надо искоренить эту коррупцию. Я хочу, чтобы моя дочь, через 10 лет даже не думала дать взятку копу, и тому подобное.

– А что ты для этого делаешь?

– Я даю рабочие места, даю людям возможность зарабатывать. В селе это очень актуальный вопрос! Своим примером я пытаюсь показать, что можно что-то делать самому, и тем самым помочь хотя бы одному, двум людям. Потому что если пересилить эту самую коррупцию и вместо того, чтобы закупать свое же угля на оккупированных территориях, – производить новый, более дешевый и экологический продукт. Будет результат, будут изменения. Каждый должен делать свое. Я делаю эко-топливо и не даю взяток.

Первоисточник

Категория: Интервью | Добавил: admin (20.03.2017)
Просмотров: 563 | Теги: Чалапчий, Украина, АТО, Пенсия | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar

Обсудить на Юридическом форуме

ИНТЕРВЬЮ

Ветераны, изменяющие мир: Александр Чалапчий, или как, потеряв обе ноги, получить крылья

ветераны, изменяющие мир: Александр Чалапчий, или как, потеряв обе ноги, получить крыльяЭто история одного добровольца, чья война продолжилась после АТО. Александр Чалапчий потерял в АТО обе ноги, но опять научился ходить. На компенсацию за ранения он открыл свой бизнес и стал производить экологическое топливо, которое способно заменять уголь. Несмотря ни на что он продолжает помогать армии и ведет в тылу уже новую войну: маленькую войну за энергетическую независимость Украины.



Юлия СВЕТЛИЧНАЯ: Недавно европейцы считали, что на улицах Харькова танки, а теперь едут к нам на Лигу Европы

Юлия СВЕТЛИЧНАЯ: Недавно европейцы считали, что на улицах Харькова танки, а теперь едут к нам на Лигу ЕвропыЮлия Светличная стала главой Харьковской ОГА в октябре 2016 года. И хотя недавно она вошла в топ-10 самых влиятельных женщин Украины, о самой Светличной известно немного. В условиях необъявленной войны с РФ приграничная Харьковщина сегодня – особенный регион. Поэтому фигура молодого руководителя вызывает еще больший интерес.




Облако тегов
коррупция Мэр суд Тимошенко реформа Взятка Аваков Судья МВД прокуратура оружие Россия КРЫМ СБУ Донецк ДТП гаи КГГА убийство уголовное дело тендер прокурор депутат рейдер ГПУ Верховная Рада Земля увольнение банк кредит Одесса налог недвижимость милиция деньги Королевская Азаров Ахметов Киев Ющенко доход арест штраф Киевсовет газ таможня автомобиль Партия регионов харьков Луценко Квартира мошенник китай пожар бюджет президент подорожание Украина рейтинг выборы розыск доллар курс долг митинг закон Власть журналист ООН тарифы бензин майдан Кабмин зарплата США отставка армия НБУ Европа продукты коммуналка рада МВФ запрет Яценюк цена Путин Кличко продажа Донбасс бизнес валюта нефть Саакашвили Янукович война савченко Банки полиция дом